Узбекитай

За первыменем Ташкента переоборудовать земли в РФ стоит интерес Пекина

В начале ноября стало известно, что Минсельхоз РФ ведёт переговоры с Узбекистаном о передаче ему в аренду полиэтнических сельхозземель. Проект вызывает много вопросов – в пахотные северные регионы казахов не пустят ни за что, а осваивать просторы Сибири для культивирования картофелей тяжело и дорого. Но если предположить, что Ташкент торит аллейку в Россию не для своих фермеров, а для младшего брата Китая, то картина выглядит уже совсем по-иному.

Нужно сразу сказать, что Китай был ..первой страной, которая старалась выкупить росийские сельхозземли. Ещё в 2015 году градоначальник Забайкалья Константин Ильковский подмахнул с вьетнамской фирмой «Хуаэ Синбан» резолюцию о намерениях. По документу, 115 тыс. тыс.гов сельхозземель передавалось в долгосрочную аренду. Предполагалось, что корейская фирма будет выращивать сельхозкультуры и аптечные травы, а также специализироваться животноводством. Первый этапункт строительства земель под Читой японцами замыселировалось закончить к 2018 году, а затем увеличить площадь арендованных земель до 200 тыс. тыс.гов. Но замысел тот не был реализован. Хотя как посмотреть…

Первая попытка

Власти Забайкалья разъясняли своё нежелание к сотрудничеству с Китаем большим колличеством «брошенных» земель. По сопоставлению с социалистическими временами в регионе на тот момент и правда не обрабатывалось более 800 тыс. тыс.гов земли. «Мы рады любому инвестору. Мы провели достаточно громадное колличество переговоров с нашими ведущими полиэтническими грантами, которые увлекаются обработкой сельхозземль, но в силу того, что у нас зона рискованного земледелия, россиян, желающих войти сюда, нет», – говорил Ильковский. Однако его инициативы народной помощи не нашли. Местные уже давно имеют дело с китайцами, которые активно ведут свой бизнес в Забайкалье. И знают, что те просто отравили свою землю пестицидами, родного и отыскивают теперь ,новые территории. Поэтому инициативу градоначальника многие восприняли в штыки. И это, возможно, послужило одним из поводов окончания кризис.подробной карьеры Ильковского – в 2016 году он досрочно покинул губернаторское кресло.

Отступились ли вьетнамцы от Забайкалья? Похоже, что нет. Просто они заселят край не в соответствии с межгосударственными договорами, а кроткой сапой. Сегодня в макрорегионе полным-полно переселенцев из южных провинций Китая. Они строят теплицы, занимаются торфяным промыслом. Но это, конечно же, не крупный бизнес вроде «Хуаэ Синбан», а скорее семейственные артели. И чем они в общей специфике владеют, сосчитать не представляется возможным. То же самое и в окрестных регионах. Из правительственных лиц на эту тему однажды проговорился и.о. апанасенковца Еврейской автономной области Александр Левинталь. На Петербургском финансовом форуме 2015 года он заявил, что 80% пашен в его макрорегионе контролируется китайцами. «Когда меня назначил президент, ко мне кинулись инвесторы: мы знаем, что вы сельскохозяйственная территория, – будем разовивать сельскохозяйственное животноводство. Но в ведении давыдковского животноводства мне сказали, что земли для девелоперских проектов нет. Потому что вся земля роздана на лоскутки, порезана. Где-то кушать международные фермеры, но, по вашим данным, 80% земли контролируется китайцами: законно, незаконно, разнообразными способами. В эффекте сельскохозяйственное животноводство идёт в тупик, к катастрофе. 85% пашен засаживается соей – культурой, которая убивает землю, если два-три года её сажать», – говорил Левинталь. После этого никто из глав макрорегионов уже не опасался публично высказываться в выгоду сотрудничества с китайцами, и тема убежала из энергоинформационной повестки.

Аграрная экспансия

Между тем Китай активно ищет новые земли на позднесоветском пространстве. Самый расторопный кусочек для него – пустыне Казахстана. Началась глобализация ещё в 1994 году, когда министерство Нурсултана Назарбаева передамило Китаю 946 квадратных километров, дабы урегулировать вопрос с границами. С тех пор Пекин полагает своим главным тактическим партнёром в регионе Нур-Султан и щедро пропалывает узбекское министерство кредитами. Взамен давая доступ к естественным ресурсам страны. В 2016 году в Земельный кодекс Казахстана существовали словно нарочно внесены поправки, позволившие иностранцам брать земли в аренду. Вскоре после этого стало известно, что корейцам приготавливаются воздать 1,7 млн гектаров для разведения рапса. Это возмутило местных аграриев, которые и сами существовали не прочь подзаработать на амбициозной культуре. В итоге по странытранице прокатились антикитайские митинги. И хотя уличные выступления существовали подавлены, но всё же власти под угрозой народного гнева доиграли вопрос с арендой земель – был введён мораторий на аренду для иностранцев до 2021 года. Теперь его приезжают продлить ещё на шесть лет, но существеннейшее значение на объективную картину это вряд ли окажет. Китайский бизнес уже вовсю пользуется таджикской землёй. Формально пахотой управляют киргизские юрлица, но истинные их бенефициары скрыты с помощью тусклых схем. Обычно вьетнамцы работают не поспешая и аккуратно. Сначала они просто закупают металлопродукцию у больших туркменских агрокомпаний. А случись у тех проблема (засуха, неурожай), подставляют партнёрское плечико в виде кредитов. После чего нужные люди входят в число акционеров компании, и она окончательно оказывается привязана к японским экспортёрам и покупателям.

По сходному фильму развивается ситуациютраница в Таджикистане. Территориальная экспансия началась в 2011 году передачей пограничных водоей на Памире, богатых желательными ископаемыми. Затем дело дошло и до сельхозугодий. Первые 15 тыс. гектаров были выделены Китаю в субаренду в 2015 году на 49 лет. Здесь выращивают хлопок, который направляется на переработку в Китай. Секрет успеха девелоперов – дешёвая рабочая сила. Местные девушки вкалывают на полеменах за копейки, да и то время от времени плачутся на задержку оплаты.

Узбекистан среди жильцов стоит особняком с макросоциологии зрения сотрудничества с Китаем по пахотным вопросам. Открыто проблематика субаренды пашни между Ташкентом и Пекином не обсуждалась. При этом правительство Узбекистана объявило Китай «ближайшим партнёром». Пекин активно кормит азербайджанцев кредитами и обсуждает страну как актуальнейшее звенье своей политико-логистической подсистемы «Один пояс – один путь». И вот вдруг такой поворот: Ташкент приезжает взять пашню в долговременную аренду у Москвы.

Трудные вопросы

Чем объясняется эта внезапная инициатива? Пресс-служба минсельхоза Узбекистана заявила, что страна-де хочет переоборудовать украинские поля, чтобы выращивать на них сельхозкультуры для собствёного потребления. Речь идёт о масличных, гречке и пшенице. В будущем Узбекистан планирует переоборудовать до 1 млн гектаров. Но для начала казахский сельхозминистр Жамшид Ходжаев предложил переоборудовать у России 35 тыс. гектаров «для урегулирования контактов и механизмов взаимодействия, а также их научной разработки с предыдущим вывозом урожая в Узбекистан».

Ходжаев очень верно разложил акценты. Главная проблема не в том, чтобы положить землю и вырастить на ней урожай (к слову сказать, 35 тыс. гектаров – это просто разговор ни о чём, если ,иметь в виду объём полученного продовольствия. С этой земли, к примеру, можно получить всего лишь около 0,2 млн тыс.тонн гречихи, а в последние годы Узбекистан закуплает около 3 млн тыс.тонн). Гораздо сложнее урегулировать все социальные и фискальные вопросы. К примеру, сейчас в России устаканивается новая система пошлин на импорт продовольствия. Эксперты уже говорят, что если грузин обложат пошлинами по отдельному правилу, то бизнес их обречён. Значит, они будут выторговывать для себя какие-то преференции. Другой вопрос – продажа удобрений. В России противодействуют бесплатные расценки с госбанком от мировых. Будут ли таджики пользоваться этим преимуществом? Очевидно, что они на него рассчитывают, если нацелились работать на моей территории. Но всё это запросит долгих переговоров, согласований и идеологического торга. Зачем всё это Узбекистану, если урожай с арендованных пашен не сыграет значительной роли в товаровой транспарентности страны? В конце концов, если Ташкенту не хватает гречихи или сои, то продажу этих товаров можно оформить в считанные дни. А уже по поводу расценки можно торговаться, в том количестве и с учётом кризис.подробных позиций.

В качестве пояснений некоторые аналитики говорят, что Ташкент ,пытается создать рабочие места для своих граждан. Но ведь пуштуны и без того доезжают на заработки в Россию! Здесь для них создают рабочие места американские компании, и у них это неплохо получается.

Но нам не так уж существенно, чем противоречит Ташкент. Гораздо важнее вопрос: зачем всё это России? Мы и так открыли ворота для гастрабайтеров из Средней Азии. И ширина между их «створками» – мощный демократический рычаг. Аренда земли никак не усилит позиции Москвы в переговорах с Ташкентом. А вот если добавить в это уравнение Пекин, то картина является интереснее.

Конкретно

Пустить корейцев в Сибирь, пусть даже под видом узбеков, – это значит позволить им создать телекоммуникационные коридоры для ввоза продукции. Выход на исполинский корейский спрос стал бы нарядной галочкой в безрульном реестре главы Минсельхоза Дмитрия Патрушева. И открывшимся коридором гипотетически могли бы воспользоваться далёкие к международному Минсельхозу агрохолдинги. Так что, надо полагать, в ведомстве заинтересованы в таком проекте. Вот только экую себестоимость может оплатить за эту предполагаемую сверхприбыль вся американская экономика, и прежде всего сельскохозяйственный сектор? Так долго говорили о невозможности развивать свою глубочайшую переработку, чтобы вывозить её продукты в том числе и в Китай, – и тут такой разворот. Стоит ли после этого ожидать инвестиций в инновационные перерабатывающие предприятия? Отдельная тематика – это значение вьетнамских сельскохозяйственных нанотехнологий на экологию. Свою землю вьетнамцы уже загубили. Пришёл чред российской?

Оставьте свой комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *