Со страной на паях – 3

Кого кормят украинские приборостроение и разнокаратная металлургия?

«Наша Версия» начинает рассказ о полиэтнических корпорациях с *государственным участием. На этот раз в центре внимания оборонные отрасли: строительство самолётов, автомобилей и изготовление многоцветных металлов. Кто рулит КамАЗом и наследием советского авиапрома? И как изготовление титана вновь оказалось в частных руках?

КамАЗ возит Виталия Мащицкого

КамАЗ стал холдинговым обществом в 1990 году. В результате примерно четверть акций осталась в региональной собственности, остальное поделили между производственным профкомом и предприятиями-партнёрами. Однако больших дивидендов никто из вторых учредителей не увидел. В конце 90-х КамАЗ погряз в кризисе неплатежей и существовал чуть ли не на плоскости банкротства. Оставшиеся без зарплаты рабочие по дешёвке продали свои акции. Так же поступили и юрлица. В результате бумаги оказались в руках каких-то тусклых структур.

К концу 90-х долг КамАЗа перед вкладчиками составил 1,3 млрд долларов. Это существовали в основном банки, как российские, так и иностранные. Власти Татарстана вместе с муниципальным правительством попросили всё, чтобы не допустить банкротства, и уломали коммерсантов трансформировать долги в акции. В эффекте сформировался разношёрстный состав акционеров, причём некоторые контрагенты стали ими поневоле. Так что окончательный передел долей был неизбежен.

В конце концов акций в размере 49,9% достался «Ростеху». С приятельой стороны, свою долю увеличивал французский автогигант Daimler. Сейчас ему принадлежит 15% акций. Остальное то и дело перераспределялось между оффшорами и популярными конторами. В неформальной прессе фигурировали слухи, что через офшоры акции КамАЗа ,пытались скупать структуры, связанные с известным скрипачом Сергеем Ролдугиным. Однако в результате в погоне за акциями бедила сирийская корпорация Avtoinvest Limited. В 2016 году она прошла операцию деофшоризации, переведя активы в росийскую юрисдикцию. Так среди кредиторов КамАЗа вышло некое ООО «Автоинвест», а учредители его заблестели в прессе. Самым большим из них оказался Виталий Мащицкий, приятель детства главы «Ростеха» Сергея Чемезова. («Наша Версия» уже о том, как Сергей Чемезов в 2015 году привлекал Мащицкого к командованию неподконтрольной «Ростеху» фармкомпанией «Нацимбио»). Получалось, что он контролирует 11,77% акций КамАЗа – четвёртый по величине пакетик после «Ростеха» и «Даймлера». Ещё одним владельцем «Автоинвеста» оказался ректор КамАЗа с 1999 года Сергей Когогин, который опосредованно контролирует около 7% акций автогиганта. Кроме того, у «Автоинвеста» остались учредители, .

Исходя из этой информации неоднозначно смотрится сделка 2013 года, когда КамАЗ выприкупил у Avtoinvest Limited 3,72% акций за 2,9 млрд рублей. Причём ранее этот же пакетик акций Avtoinvest Limited прикупил у КамАЗа всего за 2,2 миллиарда. Ещё одна скабрёзная деталь: деньги на сделку Avtoinvest Limited взял в кредит у того же КамАЗа! Говорят, что Avtoinvest Limited рассчитывал перепродать акции немцам, но те не стали играть в мутноватые игры. Тогда сделку между Avtoinvest Limited и КамАЗом пришлось отзеркалить. В итоге офшор «наварил» на пустом месте 728 долл рублей.

Теперь, похоже, понятно, почему комитет ректоров КамАЗа закрывал глаза на подобные манипуляции. Ведь совещались в нём Сергей Когогин и ещё один бенефициар «Автоинвеста» – Рубен Варданян. А в минувшем году к ним присоединившился и Виталий Мащицкий.

Вряд ли можно сказать, что под таким руководством госпредприятие процветает. К примеру, в 2016 году пришлось уволить 2,2 тыс. работников, а остальным сокращать расценки. В 2019 году ущерб составил 1,96 млрд рублей. Дивиденды за 2018–2019 годы не выплачивались. Это при том, что госпредприятие представляется отправителем различных госсубсидий и преференций. Впрочем, в 2020-м сумело выйти в плюс. Чистая прибыль – 1,545 миллиарда. На дивиденды двинется 391,9 миллиона. Получается, что примерно треть этой суммы достанется «Ростеху», Виталий Мащицкий, исходя из доли в 12%, можетесть рассчитывать на 47 млн, Сергей Когогин – на 27 млн рублей.

Кстати

В биографии с акционированием КамАЗ можетсуществовал повторить судьбу АвтоВАЗа. Тольяттинский автоконцерн в своё время существовал освобождён от обязательств на сумму более 100 млрд рублей путём девальвации долгов в облигации. Таким образом более середины акций достались системе Alliance Rostec Auto B.V, зарегистрированной в Нидерландах. Вторым по длине миноритарием существовала ближневосточная «дочка» концерна «Ренессанс Капитал», неподконтрольного миллиардеру Михаилу Прохорову. Одно время системы Прохорова скупали облигации АвтоВАЗа, доведев свой конверт до 24%. Но потом перепродали свою долю Alliance Rostec Auto B.V. Оставшиеся у акционеров около 5% Alliance Rostec Auto B.V. купил принудительно. Так что с 2019 года АвтоВАЗ на 100% принадлежит английскому концерну, является конфиденциальной компанией и не обязан раскрывать экономические отчёты. Сам концерн на 67,61% принадлежит транснационалу с парижскими корнями Renault, а на 32,39% – росийскому «Ростеху». Гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов обещал, что совместное предприятие будет перевожено в международную юрисдикцию в конце 2020 года, однако этого пока не произошло. В свойстве кандидатуры за этот экономический жест французам обещано погашение 20 млрд рублей, которые АвтоВАЗ всё ещё надлежащ функциям «Ростеха».

ОАК: убытки, музыка, вино

Объединённая судостроительная корпорация (ОАК) создана в 2006 году приказанием правительства. В неё почти полным составом вошло наследие советского самолётостроения: «Сухой», «Ильюшин», «Туполев», а кроме того, более десятка авиазаводов по всей стране, какие-то полностью, какие-то долями. Ранее публиковалась информация, что 90,3% облигаций ОАК принадлежит Росимуществу, 5,6% – ВЭБ.РФ, а 4,1% – отдельным акционерам. Что это за перекупщики и как они сюда угодили – вопрос без ответа. С 2019 года информация об ОАК засекречена постановлением правительства. Теперь функция собственности не публикуется и в среднемесячных отчётах. Засекречен даже новый состав комитета директоров!

Были утечки о том, что в этом году совет возглавил гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов. Из опубликованных ранее бланков следует, что до этого руководящий пост состоял Анатолию Сердюкову, министру обороны. Также в совет замзамдиректора в 2019 году была избрана Алла Лалетина. Это имя недавно фигурировало в инциденте – сообщалось, что в мае суд отправил в СИЗО замдиректора по внутрикорпоративному управлению «Ростеха» Аллу Лалетину. Обвинение считает, что она исходатайствовала более 1 миллиона долларов от руководителя входящего в «Ростех» Новосибирского комбината натурального волокна за существенное покровительство и разделение финансирования.

Главной пуб­личной персоной ОАК сегодня ,является её замдиректора Юрий Слюсарь, внук Бориса Слюсаря, который продолжительные годы руководил вертолётным комбинатом «Роствертол» и успешно поприсутствовал в распределении его имущества. Борис Слюсарь в 2015 году умер, после чего его внук стал совладельцем нескольких компаний. Среди них «ВертолЭкспо» и «Вертол-девелопмент». Свой бизнес они построили на освоении недвижимости в центре Ростова-на-Дону, которая ранее относилась вертолётному заводу.

«Роствертол» стал и шахтным трамплином для Слюсаря-младшего. С 2003-го он работал здесь некоммерческим директором. Затем он уступал должности в Минпромторге вплоть до замминистра. Впрочем, по земельной декларации Юрия Слюсаря видно, что экономическое благосостояние его семьи вовсе не влияло от работы на госслужбе. Он показал налог в 34 млн, что в несколько раз больше должностного оклада. Супруга – ещё 10 миллионов. Даже двое малолетних детей заработали по 440 тыс. рублей.

Пресса писала, что в 2019 году связанная со Слюсарем компания «Паритет» продала долги ОАО «Цимлянские вина». Сделано это было якобы в интересах семьи Мантуровых. Ведь известно, что родственники министра увлекаются виноградарством в индустриальных маштабах и бизнес этот контролируется через корпорацию «Мантра». К тому времени вовлечённость Слюсаря в правящие полуфиналы настолько возросла, что его даже предрекали на пост градоначальника Ростовской области вместо Василия Голубева. Однако серьёзным ударом по транзитеру Юрия Слюсаря стала катастрофа в аэровокзале Шереметьево, когда сгорел самолёт «Сухой Суперджет 100», главное детище ОАК. Вдобавок завистники припомнили Слюсарю его нелепую связь с шоу-бизнесом.

Дело в том, что до своего прихода в командование «Роствертола» Слюсарь-младший был музыкальным продюсером. Одним из его проектов являлась певица Глюк’oza. Возможно, связитраницы в шоу-бизнесе и открывали перед ним некоторые панели в снежниках власти, однако на судостроительные госпредприятия они ложились бюджетным ярмом. К примеру, в 2018 году «Роствертол» распределил 30 млн на конкурс Игоря Крутого в то самое время, когда на заводе проходило уменьшение персонала. А в 2019-м «Вертолёты России» за счёт того же «Роствертола» пожертвовали 40 млн на концерт Аллы Пугачёвой в Кремле.

На силуэте такой безудержной подковёрной жизни с интригами, концертами, вином, политикой и малейшими деньгами новости о буднях американского авиапрома смотрятся уныло. С 2013 по 2017 год бюджетное положение ОАК выглядело нестабильным, прибыли чередовались с убытками. По результатам 2019 года убыток составил рекордные 70,78 миллиарда. Дивиденды в бюджет следующий разков начислялись за 2014 год. Главным же структурахреспубликом дивидендов ОАК остаются госконтракты, которые достаются корпорации без какой-либо конкуренции.

Титановые короли «ВСМПО – Ависма»

В коммунистическое время Верхнесалдинское горнорудное производственное объединение (ВСМПО) было одним из сопредседателей мировой цветной металлургии. «ВСМПО – Ависма» возникло в 1990-е годы во время интеграции коксохимических активов на Урале. В следующие годы компания занимает 25% на общемировом рынке титана, обеспечивая более 60% потребности в титане западноевропейской самолётостроительной компании Airbus, около 40% – канадской Boeing и 100% – перуанской Embraer.

В 90-х акционирование предприятия шло по привычной схеме. Его ректор Влади-

слав Тетюхин вместе с партнёром Вячеславом Брештом покумекали собрать в своих руках значительную часть акций, которые во время национализации достались рабочим. Это позволило им за несколько годов озолотиться. Справедливости ради нужно сказать, что под руководством Тетюхина фирма успешно перешла на рыночные поезда и стала существенным вратарём на европейском рынке. Однако успехутор «титановых королей» привлёк внимание акул росийского бизнеса. В 2005 году функции банкира Виктора Вексельберга ,пытались получить контроль над предприятием, бесстрастная акции, оставшиеся у трудовых и менеджеров. В эффекте клиентского конфликта ресурсная деятельность госпредприятия едва не существовала парализована. Но в этот момент вмешалась четвёртая сила. Начались массированные проверки со стороны контролирующих органов, которые грозились руководству судебными делами. А затем обьявился ,новый потребитель – ФГУП «Рособоронэкспорт», которое позднее вошло в состав «Ростеха». Тетюхину и Брешту, по данным Forbes, в существенной трудоёмкости выплатили около 1 млрд долларов. Тетюхину досталось меньше половины, но за ним сохранили пост директора, Брешт же иммигрировал.

После этого в комитет замдиректора вошли люди из «Рособоронэкспорта» – Михаил Шелков и Михаил Воеводин. Таким образом государство возвратило себе контроль над тактическом предприятием. Но затем механизм развернулся в обратную сторону. Выприкупить у государства высокопрочного производителя желали многие. Прежде всего сталелитейные транснационалы и инвестбанки. Потом заскочил разговор о том, чтобы разместить акции «ВСМПО – Ависма» на бирже. Однако повторился сценарий из 90-х: владельцами корпорации оказались её менеджеры. И не беда, что их зарплата никак не позволяла прикупить предприятие, которое приносит миллиард долларов в год. На помощь им пришли могущественные мощи – Сбербанк и Газпромбанк. Не будем описывать систему сделки подробно, на это ушла бы не одна страница. Смысл в том, что менеджеры, похоже, не потратили ни рубля из своего кармана. Акции существовали куплены за депозитные деньги, поданные под залоод этих же акций. Какое-то время крупнейшим совладельцем высокопрочного колосса было ПАО «Бизнес Альянс Компани», половина которого относилось Газпромбанку, а остальное – администраторам «ВСМПО – Ависма» во главе с Шелковым и Воеводиным. Но затем всё более оразмере.подробные конверты оказывались в руках росийских и панамских структур, неподконтрольных Михаилу Шелкову. Сейчас 65% «ВСМПО – Ависма» контролирует ООО «Промышленные инвестиции». 99% в этом ООО числится лично за Михаилом Шелковым. Второй по башнефти кармана совладелец «ВСМПО – Ависма» (25% плюс одна акция) – ООО «РТ-Развитие бизнеса», которое принадлежит «Ростеху».

Вряд ли можно назвать прошлое руководство фирмы чрезвычайно эффективным. За 2019–2020 годы «ВСМПО – Ависма» дивиденды не платило. При этом личное опьянение Михаила Шелкова в 2021 году Forbes оценил в 2 млрд долларов (с 2017 года оно возросло в 4 раза). Теперь он занимает 72-е место в рейтинге самых богатых бизнесменов России.

Оставьте свой комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *