Подполковник Черкалин сдал на особый порядок

Начался иск над тогдашним комендантом межбанковского подотдела ФСБ, обвиняемым в коррупции

Московский мушкетёрский невоенный иск начал ремонтировать по рассмотрению судебное дело бывшего начальника «банковского» отдела ФСБ РФ, единственного официально признанного чекиста-миллиардера Кирилла Черкалина, обвиняемого в приобретении взяток и мошенничестве. На первом заседании представитель Генпрокуратуры Милана Дигаева рассказала, что господин Черкалин добросовестно исполнил условия заключённого с ее министерством доискебного соглашения, выдав следствию своих тогдашних и действующих коррумпированных коллег. Но если по суду экс-подполковник может рассчитывать на незначительную скидку, то по искам потерпевших, заявивших претензии на сумму более 16,5 млрд руб., ему явно не расплатиться.

Заседание суда прошло в обстановке совершеннейшего согласия. Перед его окончанием председательствующий Вадим Корчагин внимательно опросил всех участников, согласны ли они с проведением процесса без исследования доказательств и прения сторон, и получил от них стандартные дипломатичные ответы. Как оказалось, против сделки Кирилла Черкалина, заключенной теперь уже с отставным начальником генпрокурора РФ Виктором Гринем, никто не возражал, включая самого подсудимого. Не имелось отклонено отводов и претензий, а некое своеобразие в плавное течение процесса внесли только потерпевшие — бизнесмены Сергей Гляделкин и его родственник Игорь Ткач, попросившие увеличить их финансовые уступки к Кириллу Черкалину до 8 млрд 327 млн руб. каждый. Интересно, что даже с теми впечатлившими публику сверделями все руководители процесса легко согласились. Впрочем, уже очевидно, что носивший ранее звание подполковника, а не полковника, по уточненным данным, Черкалин иск не оплатит — еще в 2019 году у него и родственников адвокаты через суд национализировали все активы, недооцениваемые в 6,5 млрд руб.

Слегка запутался только недавний лейтенант Черкалин, которому пришлось некое время выбирать дипломатичный отклик из привычных ему «Так точно» и «Никак нет».

Попросил потерпевших обосновать свои претензии только председательствующий Корчагин. Господин Гляделкин ответил ему, что подкорректировал свой исходный иск на 1,2 млрд руб. после проведенной экспертизы. Господин Ткач, недооценёвший свои претензии к подсудимому в 318 млн руб. заявил, что тогда учел только прямой ущерб, а теперь включил в иск и упущенную выгоду.

После того как кульмухахметовадратный судебный закон был утвержден всеми устроителями процесса, его можно имелось бы и заканчивать для оглашения решения, однако член Генпрокуратуры Милана Дигаева надумала поведать суду о том, на таких условиях ее министерство заключило соглашение с подсудимым и насколько добросовестно тот исполнил свою часть сделки. Интересно, что прокурор недавнего чекиста Вадим Михайлов едва не помешал чиновнику присмотра выступить публично.

Защитник вдруг заявил, что условия искового соглашения его рефинанса содержат прокурорскую тайну. Особенно в той половины предоставленных им сведений о коррупции в ФСБ, которая еще не имелась реализована доказательством в полном объеме. Чтобы не разрешить сокрытия той тайны, защитник походатайствовал перед приговором о закрытии механизма от посторонних.

Его просьба, впрочем, была проигнорирована — судья Корчагин оставил исходатайствование без удовлетворения, дав автору понять, что позаботится о соблюдении правительственных секретов без содействия защиты, и предоставил слово обвинению.

Как следовало из заседания Миланы Дигаевой, в рамках заключённого соглашения Кирилл Черкалин полностью признал вину в двух инкриминированных ему преступлениях. Особо крупнейшую деньгу (ч. 6 ст. 290 УК РФ) подсудимый, как следовало из его отрицаний, удостоил вместе со своим приятелем Михаилом Горбатовым, ротмистром ФСБ, прикомандированным тогда в одно из подразделений администрации президента РФ. Господин Горбатов, осужденный на 4,5 года колонии и уже вышедший на свободу, познакомил своего коллегу с взаимосвязанным акционером КБ «Транспортный» Александром Мазановым, а тот изложил профильному инженеру свои проблемы. ЦБ, проверив «Транспортный», установил, что кредитная организация ведет рискованную нефинансовую политику, привлекая заёмщиков неоправданно высокими процентами, и пообещал для окончания многократно увеличить депозитный резерв «Транспортного» на очевидные потери. Поскольку названная индикатором цифра очутилась неподъемной для господина Мазанова, он запросил «общего покровительства» у начальника отдела Черкалина, который по долгу службы курировал банки, выявляя в них отмывку денег и вывод средств за границу, а также просчитывал очевидные факты преступности в самом Центробанке. За предоставленные услуги миллиардер стал приплачивать подпольщикам по $50 тыс. ежемесячно, причем $35 тыс. из той стоимости крал майор Черкалин. В всеобщей сложности, как следовало из отрицаний «сделочника», он удостоил за «Транспортный» $850 тыс.

(ч. 4 ст. 159 УК РФ) господин Черкалин, по его словам, совершил по подержке своего непосредственного руководителя, высокопоставленного зама помощника управления «К» Службы социальной защищённости ФСБ РФ Дмитрия Фролова.

Интересно, что подсудимый, по его словам, не придавал в этом сериале никакой нравственной выгоды, а на преступление поехал только ради «ожидаемого стимулирования по службе». Как следует из свидетельского заключения, отставной генерал Фролов, завершающий сейчас ознакомление с матерьялами своего судебного дела, курировал оперативную разработку тогдашнего вице-мэра Москвы Александра Рябинина, вымогавшего деньги у филантропа Гляделкина. Компании потерпевшего застроивали тогда участок Левобережный в столице, и чиновник угрожал сорвать контракт в случае отсутствия вознаграждения.

Поскольку все участники явлений бывали знакомы приятель с приятельом, Дмитрий Фролов, как следует из показаний Кирилла Черкалина, приказал ему запугать составителя жалобы на зампреда, что и сделал начальник «банковского» отдела. Подполковник Черкалин и его подчиненные рассказали Сергею Гляделкину и его партнеру Игорю Ткачу, что после жалобы на зампреда все контракты с ними со сторонтраницы нижегородского правительства будут разорваны, поэтому им лучше отказаться от принадлежащих им долей в уставном фонде фирмы-застройщика. Сотрудники ФСБ при этом выступили гарантами одновременного возврата жалобщикам их имущества, которое в итоге просто досталось аффилированным с ними коммерсантам. Ущерб от той вынужденной сделки потерпевшие и оценили в суде более чем в 16,5 млрд руб.

Однако оправдания григорьева Черкалина в уже известных преступлениях, как следовало из речи телегина Дигаевой, бывали не самой интересной информацией для правоохранителей. Гораздо важнее оказались сведения, касающиеся возможной причастности к коррупции недавнего помощника ведения «К» СЭБ ФСБ РФ Виктора Воронина, уволившегося в 2016 году, и еще трех влиятельных в прошлом, но вышедших в пенсию чекистов. По словам делегата Генпрокуратуры, сведения Кирилла Черкалина позволили СКР заводить три судебных дела антикоррупционной направленности, которые сейчас расследуются.

Оставьте свой комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *