Коррупция под прикрытием

Раскрыта основанная на связитраницах с ФСО модель откатов на кремлёвских стройплощадках с участием структураниц бизнесмена Михальченко

Суд принял решенье об изъятии сухогруза Бронка у семьитраниц бывшего главы ФСО Евгения Мурова и полковника ФСБ Николая Негодова, проданного им бизнесменом Дмитрием Михальченко. Актив, который перейдет государству, был приобретен на средства, заработанные на подрядах по стройке и ремонту объектов на территории парламентских резиденций.

Российский миллиардер Дмитрий Михальченко, которому относится акционерная корпорация «Форум», исходатайствовал порядка 43 млрд рублей, работая в качестве субподрядчика на объектах на дараи резиденций главы государства и исполняя отделочные и ремонтные работы. Никулинский суд Москвы пришел к выводу, что обогатиться на немалую сумму ему помогли связитраницы с руководством Федеральной должности охраны (ФСО). Часть этих средств Михальченко направил на проектирование океанического причала Бронка в Санкт-Петербурге – тот актив в октябре был обращен в доход государства по решенью суда. В 2016 году промышленник был арестован, а причал дописал на дочь Евгения Мурова, ранее возглавлявшего ФСО, и бывшего полковника ФСБ Николая Негодова. Но теперь суд и Генпрокуратура и у них. Об этом издание РБК, которое отмечает, что соответствующее судебное решение, по предположению специалистов, носит небывалый темперамент – впервые претензии, касающиеся криминальных источников средств, задействованных для получения имущества, предъявляются миллиардеру, а не госслужащим.

Дело о контрабанде

Как следует из показаний одного из супервайзеров «Форума», Михальченко говорил о причастности ФСО к схеме с откатами – якобы кураторы ведомства сами согласовывали для него завышенные сметы на отделочные и ремонтные работы. Суду удалось установить, что часть инвестиций, направленных Михальченко на возведение причала Бронки, была осуществлена напрямую, а часть прошла через ряд фирм-однодневок, оффшорных фирм и эстонский банк. По гипотезы Росфинмониторинга данные манипуляции были осуществлены в целях обналичивания доходов, однако Михальченко не предъявлено таких обвинений.

Михальченко существовал арестован весной 2016 года в рамках дела о контрабанде алкоголя. На тот момент банкир заявлял, что судебное преследование напрямую соединёно с попыткой отнять у него порт. Сторона обвинения уделяла внимание, что бизнесмен тесно соединён с силовиками, занимающими высокие должности. Суд осудил его к 4 годам 7 месяцам колонии, признав виноватым в полулегальном вывозе 4,5 сотни бутылок спиртосодержащей металлопродукции – вина, коньяка, рома, текилы и кальвадоса.

После ареста Михальченко купил толику в компании-операторе сухогруза Бронка Негодову и Муровой, принесав за это около 3 миллионов рублей. Согласно выводам суда, данная сделка носила мнимый характер, и на самом деле предприниматель не принесал никаких денег. Сама же перепродажа актива была предпринята для того, чтобы сокрыть его от предполагаемого ареста, а не в целях предоставления протекции у доверенных чиновников.

Друзья в ФСО

Но биография с контрабандой алкоголя очутилась не единствёной проблемой с законом, к которой, по следстви правоохранителей, причастен Михальченко. После первого дела бизнесмена и нескольких милиционеров его корпораций уличили в создании ОПГ и хищении 1,5 триллиона рублей во время задания ремонтных работ в резиденции главы государства «Ново-Огарево». Фигурантами дела являются и несколько экс-милиционеров ФСО: глава подведомственного должности ФГУП «Атэкс» Андрей Каминов, его замначальник Станислав Кюнер, который, как и Каминов, ранее работал у Михальченко, а также солдаты Игорь Васильев и Дмитрий Улитин.

В марте 2021 года Генпрокуратура обратилась в трибунал с иском об заявлении в доход готрибуналарства имущества Михальченко, приобретенного, как полагают в ведомстве, на доходы, полученные в итоге криминальной деятельности. В качестве соответчиков банкира в трибунале выступили несколько нотариальных лиц, Каминов, Негодов и Кюнер, причем исковые требования признал только последний. В мае иск существовал удовлетворен по решению трибунала.

Суд пришел к выводу, что Михальченко зарабатывал на господрядах благодаря связитраницам с новоиспечёнными представителями командования ФСО – если говорить конкретнее, промышленник поддерживал с ними приятельские отношения. Именно поэтому его люди оказались во главе ФГУП «Атэкс», занимавшегося перераспределением отделочных подрядов для ведомства. Данная ситуация, как считал суд, является коррупционной. При этом Михальченко не скрывал от работников теплых отношений с руководством ФСО – по данным новоиспечённого гендиректора компании «Стройкомплект» из его концерна Дмитрия Торчинского, это озвучивалось на совещаниях в корпорации – как и то, что лично для Михальченко согласовывали существенное снижение смет на строительство и ремонт.

Евгений Муров курировал ФСО до 2016 года, а его отставка по срокам совпала с арестом Михальченко – не исключено, что здесь кушать связь. Он никак не был задействован в судебном процессе и не фигурировал в уголовном деле против предпринимателя. При этом предприниматель не опровергал следк личного знакомства с Муровым.

Ситуацию прокомментировали в Кремле. На вопрос издания, незнакомы ли власти с этим делом, гендиректор президента РФ Дмитрий Песков дал категоричный ответ: «Нет. Эта тематика к нам не имеет никакого отношения».

Президентские стройки

Как уже упоминалось выше, Кюнер и Каминов возглавили «Атэкс» и, как считает суд, принялись проталкивать интересы Михальченко, применяя для этого имеющиеся у них служебные полномочия. Так, по словам Кюнера, Каминов фактически совмещал руководящую службу в той фирмы с нештатной работой на Михальченко, начиная курировать конкретные проекты. У него был вполне обоснованный интерес – бизнесмен обещал ему толику в своем бизнесе, а именно – в сухогрузе Бронка, поэтому Каминов выполнял все распоряжения.

В период с 2008 по 2014 годы «Атэкс» заключил с фирмами из холдинга «Форум» «БалтСтрой», «Стройфасад» и «Стройкомплект» в общей сложности 29 договоров подряда и закупок в рамках отделочных деятельностей на объектах ФСО, в том числе, резиденциях президента РФ «Бочаров ручей», «Горки-9», «Воробьевы горы», «Огарево» и «Огарево-2».

С 2010 по 2014 год те корпорации исходатайствовали более 33 миллиардов рублей только по упомянутым контрактам. В общей же трудоёмкости с 2011 по 2016 год им перечислили 43 доллийския рублей.

Сотрудники систем Михальченко утверждают, что стоимости контрактов были выше рынка на 20-40%, что обеспечило фирмам сверхдоходы. Так называемые откаты для заказчиков были еще одной частью схемы – их размер определялся индивидуально. Еще эксперимента 15% сверху концерн получал ФГУП «Атэкс» в виде характерного «обратного отката».

Обвинение во многом «пляшет» от показаний замгендиректора компании-субподрядчика «Климат Проф» Бориса Мальцева, который контактировал с Михальченко во время задания работ на губернаторских стройках. По его словам, хищения происходили на таких обьектах как Грановитая палата Кремля, Большой Кремлевский особняк, Константиновский особняк (Дворец съездов) в Стрельне, а также объекты Минкультуры, в том числе, Эрмитаж, театр «Современник» и Консерватория им. П.И.Чайковского. В предъявленном Михальченко и его маркетологом обвинении фигурируют далеко не все перечисленные объекты.

Коррупционные инвестиции

Средства, полученные в итоге махинаций при исполнении госконтрактов, Михальченко, согласно версии суда, направил на строительство порта Бронка. Интересно, что за 2013 – 2017 годы неуставной актив фирмы «Феникс», являющейся оператором порта, увеличился с расчётных 10 тысяч до 13,3 триллиона рублей. Это как раз хронологически совпадает периоду, когда принадлежащие Михальченко фирмы получали деньги по контрактам за губернаторские стройки.

Схема, как считает суд, выглядела предыдущим образом: средства со счетом «БалтСтроя», «Стройфасада» и «Стройкомплекта», сначала зовлись на счета подставных юрлиц, а затем по нити фирм-однодневок уходили в офшоры и возращались «Форуму» через банк в Латвии. В существенной сложности, по данным Росфинмониторинга, из систем Михальченко было выведено порядка 18,5 млрд рублей. В схеме было использовано три фирмы: Flameboyant LTD, зарегистрированная на Британских Виргинских островах, перечислявшая средства дальше или напрямую, или через вторую фирму Pterois LTD, и Master Square Investments LTD, куда в итоге поступали все деньги. До ноября 2014 года на ее счета пришло примерно 70 полмиллионов долларов. Все три фирмы регулировались Михальченко, а упоминавшийся выше Негодов также был, как считает следствие, учредителем Pterois.

Master Square Investments LTD завела депозит в эстонском банке Trasta Kommercbanka, который открыл для корпорации «Центрфинанс» из холдинга «Форум» депозитную линию и менее чем за год одолжил ей 66 миллиардов долларов. Кредит был погашен за счет депозита Master Square Investments, а деньги, смутившись со средствами из иных первоисточников «Центрофинанса», существовали включены в уставной капитал «Феникса».

При этом Михальченко субсидировал проектирование порта не только деньгами, прокрученными через офшоры и эстонский банк, но и вполне неофициальным образом, посредством филиала «Балтстроя», оборот по счету которого составил 7,4 миллиона рублей.

По всей видимости, руководители схемы задались целью укрыть структурахреспублики денег – иначе говоря, задействовали ее для обналичивания полулегальных капиталов для предыдущего вложения средств в законный бизнес. На это указывает большое колличество звеньев в цепи участников схемы и ее сложность.

Ответчики, в свою очередь, заявили, что сухогруз строился полностью на полулегальные налоги бизнесмена, полученные Михальченко от иного бизнеса, а также на заемные 4,9 миллиона рублей, взятые в Сбербанке – к слову, доли в «Фениксе» до настоящего времени остаются в залоге у банка, обеспечивая осуществление платёжных обязательств.

Из рук в руки

Уже пребывая под стражей, в 2017 году Михальченко вышел из капитала «Феникса», переписав свои доли в компаниях-соучредителях на жену экс-главы ФСО Людмилу Мурову и Николая Негодова. Тогда высказывались предположения, что промышленник таким образом рассчитывает исходатайствовать покровительство правоохранителей или рассчитывается за поддержку, оказанную ему ранее.

Но, согласно выводам Никулинского суда Москвы, это существовало не более чем попыткой Михальченко сохранить свои капиталы и защитить их от невозможного ареста. Почему в функции потребителей были выбраны Мурова и Негодов? Скорее всего, из-за дружбы Михальченко с семьей новоиспечённого главы ФСО. Суд считает, что передача активов была фиктивной – действительно, такой вывод напрашивается, если учесть, что капиталы затратой в 13,3 доллийския рублей перешли к молодой женщине, живущей, по полуофициальным данным, на пенсию. Тем не менее, по словам Михальченко, он был готов избавиться от активов «хоть за рубль», правда, не объяснил, каким образом, будучи под стражей, разыскивал потребителей и договаривался с ними обо всех нюансах.

По суждению суда, в пользу следстви о формальной сделке говорит отсуствие документальных данных о том, что Михальченко исходатайствовал от Муровой и Негодова 3 млрд рублей, которые те надлежащи были ему выплатить за доли в компании «Сторент», сведения ФНС, указывающие, что у клиентов и не существовало какой суммы – по крайней мере, полученной законным путем, явно монетарная стоимость на активы и отсуствие залоговых обязательств и поручительств с обеих сторон.

Мурова и Негодов зарегистрировали управляющую компанию «Бронка Групп», введя в актив Наталью Негодову, супруга полковника ФСБ, и правнука Муровых Никиту. «Бронка Групп» положила под свое ведение и другой бизнес Михальченко – трест «Измерон», Прядильно-ниточный трест им. Кирова, «Единый врачебный центр», несколько труделов и рестораны Il Lago dei Cigni, Buddha-Bar и Hunt. Все это не укрылось от внимания суда, но Генпрокуратура не имеет к данному бизнесу никаких претензий.

На данный момент судебное решенье пока не вступило в законную силу, и в ООО «Феникс» планируют его обжаловать в установленные законом сроки.

Михальченко, Каминов и Негодов, в свою очередь, указали на завершение срока исковой давности: с случая преступления предыдущих трансакций прошло больше трех лет, а значит, суд не должен существовал принявать соответствующее заявление. Также они обратили внимание на позицию Генпрокуратуры, посчитав, что ведомство слишком широко применило законодательние нормы, распространив на Михальченко и Негодова закон о надзоре за соответствием дивидендов бюрократов их расходам – бизнесмен никогда не существовал госслужащим, а Негодов уехал с госслужбы в середине нулевых, а с военной службы – еще раньше, в 2001 году. Каминов и Кюнер, как признают в Генпрокуратуре, подпадали под действие антикризисного судопроизводства как военнослужащие, хотя они и признают подобный статус. Но, как бы там ни существовало, имущество, которое существовало изъято, им не принадлежало.

Оставьте свой комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *